Давай устроим ланч
Джереми Тарчер *


Шел 1975 год, когда я находился в своем офисе на бульваре Сансет, в Лос-Анджелесе, Калифорния - такое время и место, где все еще было возможно, так что, когда моя секретарша сказала взволнованным голосом: "Пришел Тимоти Лири", я не удивился. Наступил и мой черед. Я прилежно читал популярную прессу последних десяти лет, и поэтому у меня не было проблем с идентификацией личности искусителя американской молодежи, когда он пришел ко мне и представился собственным именем. (С тех пор мне стало известно, что Тимоти не раз являлся под разными именами и обличьями.)

Вскочив со стула и испытывая смесь из чувств страха, ожидания и праведного отвращения, я предложил ему сесть. Ну и анекдот, думал я. Тимоти Лири, Мефистофель собственной персоной, пришел в мой офис и просит меня прочитать его рукопись. Не выйдет, Лири. Я не поддамся этому культурному преступнику мифического масштаба, но я послушаю, так и быть. Может быть, в этой потрепанной папке находится покаянная исповедь-признание? В них не было никакого раскаяния , и я не очень-то понимал, чем они могли быть (у меня до сих пор проблемы с Тимом иногда), и не очень-то интересовался чем-то, чего я не понимал.

За ланчем с телятиной по-милански я упомянул одно из его заявлений, широко передававшееся тогда прессой. О чем он думал, я и понятия не имел (и я не одинок в этом), но чем весомей становился топор моего осуждения, тем шире он улыбался и тем насмешливей делалось выражение его лица. Похоже, он слышал это все уже не в первый раз.

Гуд бай, мистер Лири, желаюудачи. Попытайте счастья где-нибудь еще.

Вероятно, он не услышал это, потому что довольно скоро опять появился в моем офисе и за ланчем опять улыбался, рассказывая мне об очередных, непечатабель-ных, с моей точки зрения, проектах. Мы сидели в "1_е Dome", мой теплый салат с уткой постепенно исчезал, но Тим скорее был готов потерять аппетит, но не желание сообщить мне что-то важное (хотя мне до сих пор не очень ясно, что это было). Все, что я помню, это что не испытывал такого оптимизма, такого изобилия возможностей, с тех пор как впервые прочел Генри Миллера.

Черт возьми, у меня было отличное настроение. Компания Тимоти Лири заставила меня хорошо себя чувствовать.

И после этого, на протяжении следующих нескольких лет, он время от времени звонил мне и мы встречались где-нибудь за ланчем, а после я возвращался в свой офис с широкой улыбкой на лице, но всегда неуверенный, о чем именно шла речь за ланчем.

Я работал на телевидении и имел дело со многими известными людьми, бывал с ними в публичных местах, но я заметил, что реакция публики на Тима в таких местах отличалась от реакции на прочих. Никто не могудер-жаться от улыбки, когда узнавал его. Он заставлял незнакомцев улыбаться на каждом углу. Я думаю, прогулка с Прометеем в древних Афинах могла бы вызывать такие же слова, такие же заговорщицкие выражения удовольствия, благодарности и товарищества на лицах, как прогулка с Тимоти Лири в Беверли-Хиллз. Было понятно, что я не единственный, кому нравится быть в его компании. Энергетическое поле Лири вызывало у людей позитивный взгляд на жизненные возможности. (Это его дар, полученный прямо от Бога). Я могу сказать, что это было что-то, что Тим символизировал для этих, по-крайней-мере-раз-воспламенившихся-душ, они были горды и счастливы знать об этой части себя, что объединяет их с ним. Я не смог посвятить этому всю жизнь, но я хотел быть частью этого братства.

Это было неизбежно, что однажды, не понимая, что происходит (как это было и стобой когда-то), я в конечном счете нашел самого себя на 47-й минуте после употребления 250 микрограмм фирменного коктейля Тима Скалли "Оранжевый свет". Привычный мир рассыпался на части перед лицом того, что, как я понял, было моим сознанием.

Прошло немало часов, прежде чем мне захотелось подняться на ноги (сделать это до конца мне не удалось и до сих пор), и первое, что я захотел сделать, это позвонить Тиму. "Тим, - прохрипел я, - шесть часов назад я принял "Оранжевого света", который сделал Скалли. Нам надо завтра встретиться за завтраком".

"Завтра? За завтраком? За завтраком не получится, но я буду свободен к ланчу".

В тот раз была моя очередь много говорить, но, когда он начал отвечать, я стал понимать его гораздо лучше, чем раньше.

Прошло еще несколько лет, и в 1983-м я опубликовал те признания, но, по размышлении, не нашел в них ничего покаянного.

* Джереми Тарчер - издатель многих важных книг, посвященных психологии, современному обществу и эволюции сознания, включая "Флэшбэки", автобиографию Тимоти Лири



| техподдержка | about | Created 2k4-2k12